Текущая военная кампания США против Ирана раскрывает заметные параллели в риторике и стратегии с началом полномасштабного вторжения России в Украину, сообщает The New York Times в воскресенье, 8 марта.

 

По анализу СМИ, несмотря на значительные отличия - технологически оснащенная воздушная операция администрации Дональда Трампа против иранского теократического режима и наземное нападение Владимира Путина на демократическую Украину - обе кампании имеют общее стремление легитимизации собственных действий. 

 

Одним из ключевых совпадений является сознательное избегание термина "война". Как в Белом доме, так и в Кремле отдается предпочтение понятиям "операция" или "специальная военная операция", чтобы дистанцироваться от возложения полной ответственности за эскалацию конфликтов. По словам обоих лидеров, их действия направлены не на разжигание боевых действий, а на их завершение. Они также призывают противника сложить оружие, мотивируя это необходимостью изменить действующий режим.

 

Специалисты предполагают, что правительство Трампа может повторить ошибки Кремля, в частности чрезмерную самоуверенность и переоценку скорости достижения целей. Саркастическое выражение "Тегеран за три дня", похожее на казус российского плана захвата Киева, иллюстрирует риски неконкретных и чрезмерно амбициозных планов. Россия была вынуждена значительно снизить свои ожидания после провала на начальном этапе войны, в то время как США уже успели изменить перечень своих целей несколько раз: от ликвидации иранских ядерных объектов до требования полной капитуляции Тегерана.

 

Опыт украинской борьбы демонстрирует: даже при значительном военном превосходстве политическую победу трудно достичь без достаточно чёткого стратегического видения и учета реальных последствий. В настоящее время нет доказательств того, что иранская армия или правительство рассматривают возможность капитуляции, что ставит под сомнение прогнозы о быстром завершении конфликта. Это порождает угрозу затяжного кризиса, к которому американское общество может оказаться не готово, резюмирует издание.

 

Ранее Иран подтвердил сотрудничество с Россией. Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи заявил, что сотрудничество между Тегераном и Москвой продолжается и "не является секретом", комментируя сообщения о возможной передаче Россией разведданных Ирану на фоне войны на Ближнем Востоке.

 

Однако Трамп отметил, что Соединенные Штаты не располагают доказательствами участия России в оказании помощи Ирану во время нынешнего напряжения. Американский лидер выразил сомнение относительно такого взаимодействия, учитывая сложное положение Тегерана на международной арене.

 

СМИ подсчитали расходы США на войну против Ирана